У отца три сына было. Старший умный был детина, средний был и так и сяк, младший вовсе был дурак. (Народный фольклор)
Хорошо известно, что величие может передаваться по наследству. Более того, иногда недостаточно просто родиться гением. Неспроста курсируют анекдоты про юные годы великих музыкантов - Рахманинова, например, привязывали к фортепиано, чтобы он не сбежал. Моцарта не привязывали, но зато ему завязывали глаза - не знаю зачем, но с завязанными глазами он проиграл на клавесине все свое детство. Кем бы они были, если бы не их строгие родители? Кто знает.
Одно точно - нет, пожалуй, ни одной семьи с таким обширным, узнаваемым и великолепным музыкальным брендом, как семья Джексонов. Восьмого июня 2026 года я имел радость быть в Эльбской филармонии на концерте Майкла Джексона, легенды поп-музыки… А нет, я перепутал. Легенда, точнее легенды поп-музыки, о которых будет идти речь, существовали задолго до Короля Попа. Имя им Иоганн (отец), Иоганн (сын), Йозеф и Эдуард Штраус.
Вена, середина 19 века. Столица Австро-Венгрии теперь столица классической музыки. Вальсы, польки и галопы звучат из каждого утюга. На улицах невозможно пробиться из-за диких и неустанных плясок. В центре всей этой вакханалии стоит он - Иоганн Штраус, Отец. Виртуозный скрипач, которого современники сравнивают с Паганини, смычком дирижирует оркестром. От каждого нового взмаха дамы падают в обморок. Проезжий молодой Рихард Вагнер отмечает - это демон венского музыкального народного духа.
У Иоганна Штрауса есть три сына. Удивительно, но отец не привязывает по скрипке к каждому сыну. Наоборот - занятия музыкой под строжайшим запретом. Застав как-то Иоганна (сына) за игрой на скрипке, отец приходит в ярость, отбирает ее и запирает инструмент в комод. Но Иоганн (сын) не слушается отца. Более того, в отместку он делится своей страстью со своими братьями. Конфликт доходит до того, что отец лишает старшего сына наследства. В семье тотальный разлад и развод, отец пытается выжить сына со сцены, используя свое могущественное влияние. Апофеоз приходится на революцию 1848 года: отец поддерживает власть Габсбургов, сочиняя в их честь “Марш Радецкого” (да-да, тот самый, где все хлопают), а сын же играет “Марсельезу” для повстанцев. Музыкальная схватка оборачивается для отца поражением - венцы бойкотируют Штрауса Старшего за его лоялизм. В отчаянии он ломает свой смычок и впадает в горячку. Новая жена забирает детей и уезжает из дома, думая, что болезнь заразная. Сорокапятилетний Король Вальса умирает от скарлатины в своей постели, один. Майкл Джексон может что угодно говорить про своего отца, но сложно представить еще более безумную семейную драму, чем у Штраусов.
Титул “Король Вальса” после смерти отца переходит к старшему сыну. Теперь же мы переходим непосредственно к самому концерту.
Сложно представить больший восторг, чем исполнение не двух, не трех, а ЧЕТЫРНАДЦАТИ знаковых произведений Братьев Штраус, более десяти из которых принадлежат Иоганну (сыну) Штраусу. Более того, играет их не абы кто, а сам Венский Оркестр имени Иоганна Штрауса. Основанный в 1966 году, это не просто оркестр мирового уровня, а самый главный, самый первый, самый профессиональный, в общем, тот самый, самый, самый оркестр для музыки Штраусов. Иоганн Вильднер, дирижирующий им с 2010 года, в свою очередь является одним из главных хранителей венских традиций. Невозможно не отметить, насколько крепок симбиоз оркестра и дирижера - Вильднер больше дирижировал хлопками зрителей во время Марша Радецкого, чем своими музыкантами. Видно, что каждый досконально знает программу и может с закрытыми глазами ее отыграть. Без единой запинки и неточности - все выверено до максимального предела.
В то же время слышно, что дирижер приложил свою руку к звучанию, сохранив традиционную манеру исполнения. Насколько же сладка и грациозна каждая синкопа, насколько же вальс тянется, как шлейф бального платья по зеркальному паркету. С каждым движением польки все сложнее зрителям спокойно усидеть в креслах. Когда же дело доходит до Орфей-квадрили, зал взрывается. Невозможно не подхлопывать Штрауской интерпретации оперетты Оффенбаха, это же Канкан из Вены, сделавший такой невероятный крюк, чтобы добраться до нас из Парижа в Гамбург!
Я не могу удержаться, чтобы не рассказать быстро про Орфей-квадриль. Иоганн (сын) Штраус был на премьере оперетты “Орфей в аду” Оффенбаха и был настолько от нее в восторге, что, выйдя с премьеры, он первым делом начал работу над квадрилью. Он по памяти и с невероятной точностью воссоздал все ее огненные моменты, тем самым добавив их в свой репертуар. В переводе на современный язык он буквально засемплировал самую популярную мелодию того времени и сделал из нее первый в мире музыкальный шортс. У меня нет слов.
Чего только стоит полька “В Крапфенвальде”. Концерт превращается в театр, разыгрывается драма между двумя ударниками, имитирующими звуки птиц. Один, мол, так, другой этак. Один возмущается, идет жаловаться дирижеру. Другой издевается над первым. Дело чуть не доходит до драки. При этом ударники импровизируют - ни одна запись - даже самого Венского Оркестра - не настолько выразительна и уморительна. Весь зал чуть ли не задыхается от смеха.
После основной программы зрителя балуют не одним, не двумя, а тремя произведениями на бис. Среди них Полька-Шампанское, где ударник стреляет в дирижера и зрителей из хлопушки, имитируя звук выбитой пробки, Полька Без Забот, где весь оркестр смеется в такт музыке и в заключение - как обязательный кремовый цветочек на торте Захер - Марш Радецкого.
Можно долго рассказывать про Штраусов и про сам концерт. Главный вопрос остается все же только один - кто же из Штраусов лучший? Отец вальса, задавший такую высокую планку своим сыновьям и сочинивший помимо прочего один из неофициальных гимнов Австрии? Старший сын, переплюнувший отца, сочинив около пятисот вальсов и полек, среди которых один из неофициальных гимнов Вены - вальс “На прекрасном голубом Дунае”? Средний сын, признанный старшим самым талантливым, выводящий театральность на еще более высокий уровень такими произведениями как полька “Фейерфест!” с наковальней? Или младший, не только как дирижер и главный союзник и популяризатор своих братьев, но и полноценный композитор?
Пусть каждый сам ответит себе на этот вопрос. Так или иначе, безо всякого лукавства можно сказать, что этот концерт был самым выдающимся, самым репрезентативным, самым Венским, самым Штрауским концертом, насколько это возможно, который до краев наполнил Эльбскую филармонию не только академическим экстазом, но и настоящим праздником!